Поморье

Поморье — южный берег Белого моря от Онеги до Кеми

Ландшафт на Кий-острове в Белом море
pinterest button

Также употребляется как название для всего беломорского побережья с прилегающими районами.

Происхождение

Этимология названия точно не установлена. «Поморцами», а затем «поморами»» с ХVI века именовали население прибрежной части Западного Беломорья и волостей записанных за Соловецким монастырем до раскола в русской православной церкви. В Архангелогородской губернии в ХVII-ХVIII веках, и Архангельской губернии в ХIХ веке местное население именовало «Поморьем» исключительно Поморский берег Белого моря, включая бывшие волости Соловецкого монастыря в Западном Беломорье.

Однако, в концепции «Великого Поморья» В. Н. Булатова — термин «Поморье» употребляется как историческое название обширной территории на севере Европейской России — весь Русский Север от Карелии до Урала.

История

С начала XII века земли у Белого моря являлись владениями Новгородской республики. По версии В. Н. Булатова, эти земли и есть собственно Поморье, называвшееся также Заволочьем (между верховьями рек бассейнов Балтийского и Белого морей лежит водораздел, по которому ладьи перетаскивались волоком). Как полагает В. Н. Булатов, освоению Поморья могло придать импульс нашествие Батыя и разорение Южной Руси. Постепенная колонизация Поморья и ассимиляция местного финно-угорского населения привела по заключению В. Н. Булатова к складыванию на европейском Севере особого этноса русского народа — поморов.

С начала ХVII века в эпоху Смуты термин «поморские города» (Вятка, Тотьма, Пермь и Великий Устюг) применялся в документах московских приказов как названия для целого региона. Но в новгородских источниках термин «Поморье» применялся исключительно к Западному Беломорью — волостям Соловецкого монастыря, хотя также высказывается мнение, что поморскими волостями назывались не только западные но и восточные районы Белого моря.

Отвечая на критику, сторонники концепции В. Н. Булатова высказывают мнение, что в период существования Новгородской республики поморами называли жителей западного побережья Белого моря, но с приходом Московского государства — поморами стали именовать все население бывших чудских районов Заволочья (онежане, мезенцы, двиняне, важане и др). На первый взгляд, это обстоятельство подтверждается многими историческими источниками ХVII века, в которых «поморскими городами» (но отнюдь не «Поморьем») называются города Вятка, Тотьма, Пермь и Великий Устюг. Однако термин «поморские города» использовался только в московском приказном производстве, но не населением на местах. Это подтвержается анализом местного актового материала, который свидетельствует в пользу того, что местное население в глубинных уездах Русского Севера себя «поморами» не считало, что подтверждается и более поздними, уже в наше время, этнографическими полевыми экспедициями.

Поморье в концепции В. Н. Булатова

Согласно концепции В. Н. Булатова c начала XVI века Поморье, за четыре века значительно увеличившись по территории, входит в состав Русского государства. В это время Поморье якобы составляло около 60 % всей территории складывавшегося Русского государства, а к середине XVI века — около половины. По В. Н. Булатову, во второй половине XVII века в 22 уездах «Большого Поморья» проживало до 1 млн. человек, и что в этой части России никогда не было крепостного права, а основную массу населения составляли свободные «черносошные крестьяне»). По мнению В. Н. Булатова, Поморье играло определяющую роль в экономической жизни государства, особенно во внешней торговле. Тезисы В. Н. Булатова были подвергнуты критике в историческом сообществе как не подтвержденные всем корпусом исторических источников.

Популярное изложение взглядов В. Н. Булатова содержится в брошюре изданной Архангельской областной территориально-соседской общиной коренного малочисленного народа поморов в 2004 году.

Поморье в понимании В. Н. Татищева

Российский историк XVIII века В. Н. Татищев, употребив в своей «Истории Российской» термин «Поморье» в разных местах и с разным смыслом, помимо своего желания положил начало его вольной трактовки, которая продолжается до настоящего времени и включает обозначение:

  • Территории беломорского побережья от Онеги до Кеми;
  • Территории всего беломорского побережья;
  • Территории всего Русского Севера.

В. Н. Татищев в своей «Истории Российской» даёт такое определение: «Обсчее имя Поморие, а по уездам: Архангельской, Колмоград, Вага, Тотьма, Вологда, Каргополь, Чаронда и Олонец»… «Есть северная часть России, в которой все по берегу Белого моря и Северного моря от границы Карелии с финнами на восток до гор Великого пояса или Урала заключается. К югу же издревле русские поначалу часть по части овладевали и к Руси приобсчали. Ныне же все оное и есче с немалою прибавкой под властью Поморской губернии состоит».

В расширительном смысле В. Н. Татищев употребил термин «Поморье» и «Поморская губерния» в следующем контексте:

Поморов, как мы видим, В. Н. Татищев не упоминает. В других местах, например, в той же первой книге «Истории Российской» В. Н. Татищев писал: «…а маурема значит поморье, или приморская, или многоводная земля, отчего до сих пор поморье северное около Двины и Колы именуют Мауремани и Мурмани, также и град Муром, думается, от множества болот или от народа, пришедшего от моря, имя получил». И ещё: «…обсчее имя Поморие, а по уездам Архангельской, Колмоград, Вага, Тотьма, Вологда, Каргополь, Чаронда (прим. Вологодская обл.) и Олонец (прим. Карелия)».

Нужно отметить, что выводы В. Н. Татищев о месте нахождения и размерах «Помория» основаны на работе с доступными ему письменными источниками и документами Разряда — центрального московского военного ведомства, а не на фактическом обследовании местности. При этом следует учитывать, что В. Н. Татищев создавал историю и географию о всей России и для всей России. В отдельных случаях он сочинял собственную терминологию, иногда не совсем удачно. Например, в исторических трудах В. Н. Татищева «Белой Русью» именовалась Ростово-Суздальская земля. Термин В. Н. Татищева в данном случае в отечественной историографии не прижился. А в случае с Поморьем, интерпретация В. Н. Татищева была использована для создания уже в конце XX-начале XXI века ректором Поморского государственного университета В. Н. Булатовым концепции «Великого Поморья», охватывающего чуть не половину Русского государства в XVI—XVII веках, где, к тому же, складывалась особая свободолюбивая поморская нация, никогда не знавшая крепостного рабства и с немыслимым для закабаленной России того времени денежным оборотом среди крестьян» и развитой международной торговлей с Норвегией.

Важность перекрестного использования источников

Работу с историческими документами всегда полезно сопоставлять с другими источниками, например — этнографическими. Так, полевые этнографические экспедиции Т. А. Бернштам в 60-е годы XX века показали, что жители деревень устья Северной Двины не называли себя поморами: «Никогда и разговору нет». Они считали поморами население Летнего берега. И ещё: «С Кандалакши на Мурман не ходили. Те может себя тоже поморами зовут, а для нас это не поморы»; Но встречались и заявления: «С Летнего берега не поморы, они картошку сеяли, хлебопашеством занимались». Жители кандалакшского берега утверждали: «Мы губяне, не поморы. поморы — те по морю живут, а мы в губе живем, и поэтому в Архангельске нас называют губянами». Жителей Терского берега кандалакшане называли «терчанами», «роканами», «карелой» и «пеккой». Сильнее всего самосознание «помор» оказалось выраженным у населения Поморского берега. Настоящими поморами оно считало только себя, прочно связывая это название с мурманскими тресковыми промыслами, а слово «поморский» добавляли ко многим проявлениям своей жизни и быта: «поморский харч», «поморская справа», «поморский обычай», «поморские гости» и т. д.

На сегодняшний день большинство историков, этнологов и этногафов склоняется к мысли, что поморами следует считать население, участвовавшее в морских промыслах на Мурмане, а именно, жителей Поморского берега от Онеги до Кеми включительно, а также некоторых сел Карельского берега и части сел Летнего и Зимнего берегов: «Поморы — это те, что на Мурмане ловят».

Происхождение

Этимология названия точно не установлена. «Поморцами», а затем «поморами»» с ХVI века именовали население прибрежной части Западного Беломорья и волостей записанных за Соловецким монастырем до раскола в русской православной церкви. В Архангелогородской губернии в ХVII-ХVIII веках, и Архангельской губернии в ХIХ веке местное население именовало «Поморьем» исключительно Поморский берег Белого моря, включая бывшие волости Соловецкого монастыря в Западном Беломорье.

Однако, в концепции «Великого Поморья» В. Н. Булатова — термин «Поморье» употребляется как историческое название обширной территории на севере Европейской России — весь Русский Север от Карелии до Урала.